В Нюрнберге, в камере, предназначенной для обвиняемых в самых тяжких преступлениях, разворачивалась тихая, но ожесточенная дуэль. С одной стороны — доктор Дуглас Келли, американский психиатр, чей острый ум был призван проникнуть в самые тёмные уголки человеческой души. С другой — Герман Геринг, бывший рейхсмаршал, человек-символ поверженного режима, сохранявший поразительное самообладание.
Исход их встреч был далеко не академическим вопросом. Геринг, используя весь свой интеллект и харизму, пытался выстроить линию защиты, которая могла бы если не оправдать, то хотя бы объяснить зверства режима, представив их как следствие слепого подчинения или идеологической обработки. Он играл, стремясь повлиять на ход всего процесса, смягчить вердикт истории.
Келли же, вооружённый знаниями и холодной наблюдательностью, стремился разобрать эту искусно созданную маску. Ему нужно было понять: был ли его подопечный безумным фанатиком, циничным карьеристом или чем-то ещё более сложным? Каждая их беседа напоминала шахматную партию, где слова заменяли фигуры, а ставкой была сама интерпретация зла. От того, сумеет ли психиатр выявить истинную природу личности Геринга и разрушить его стратегию, во многом зависело, предстанет ли мир перед чёткой картиной расчётливой преступности или утонет в тумане псевдонаучных оправданий. Это противостояние умов стало одной из решающих невидимых битв Нюрнберга.